М.Ю.Лермонтов

Два брата. Действие 4

Два брата

1834 - 1836

Содержание:

Действие I
Действие II
Действие III
Действие IV
Действие V

IV

сцена первая

(Большая заброшенная комната. Развалившийся камин. С левой стороны виден коридор, освещенный в окна луной, в коридоре спускается лестница. - Направо две ступени и дверь, а в середине стеклянная дверь на балкон - лунное освещение.)

Алекс. (входит с правой стороны из двери и запирает их ключом. Он в широком плаще). Хоть стар замок - а не скоро его сломаешь... и покуда я здесь царь!.. жалкая власть! жалкое удовольствие, украденное из рук судьбы.... и горькое, как хлеб нищего - зато я по крайней мере, хотя против ее воли, но еще раз прижму ее к груди своей; мой огненный поцелуй, как печать, останется на устах ее - и она будет мучиться этой мыслию; оно так и следует: вместе были счастливы, вместе и страдать! - В темноте под этим плащом она не скоро меня узнает! Может-быть, даже вероятно, что мне удастся под чужим именем выманить два-три ласковые слова... О! какой ангел внушил мне эту мысль - бог видимо хочет вознаградить меня за 30-тилетние муки, за 30 лет жизни пустой и напрасной. (Задумывается.) Да, мне 30 лет,... а что я сделал; зачем жил?.. говорят, что я эгоист; итак, я жил для себя?.. Нет.. я во всем себе отказывал, вечно был молчаливой жертвой чужих прихотей, вечно боролся с своими страстями, не искал никаких наслаждений, был сам себе в тягость - даже зла никому умышленно не сделал... Итак я жил для других? - также нет... я никому не делал добра, боясь встретить неблагодарность, презирал глупцов, боялся умных, был далек от всех, не заботился ни о ком - один, всегда один, отверженный как Каин - бог знает за чье преступление - и потом один раз встретить что-то похожее на любовь - один только раз - и тут видеть, знать, что я обязан этим искусству, случаю, даже может быть лишней чашке шоколаду, - наконец против воли предавшись чудному, сладкому чувству - потерять все - и остаться опять одному с ядовитым сомнением в груди, с сомнением вечным, которому нет границы - (ходит взад и вперед). Отчего я никогда не могу забыться? отчего я читаю в душе своей, как в открытой книге? Отчего самые обыкновенные чувства у меня так мертвы? Отчего теперь в самую решительную минуту моей жизни сердце мое неподвижно, ум свеж, голова холодна... я, право кажется, мог бы теперь с любым глупцом говорить битый час о погоде, - видно я так создан, видно недостает какой-нибудь звучной струны в моем сердце.... о! лучше бы уж я родился слеп, глух и нем... обо мне бы по крайней мере сожалели. -

(Вера показывается на лестнице.)

Это она... так точно - теперь я должен призвать на помощь всю свою твердость.

Вера. Его еще нет.... темно, страшно... боже! как я могла решиться... но что ж делать, я его знаю - он сдержал бы свое обещание - у меня сердце бьется как молоток - шорох, о кто это... Юрий!..

Алекс. (берет ее за руку). Это я!..

Вера. Довольны ли вы.... что может сделать женщина больше... но это дурно, дурно принудить меня таким средством.

Алекс. Я также выбрал между жизнью и смертию.

Вера. Решившись вам повиноваться, я решилась также вас забыть...

Алекс. (хочет ее обнять). О, это женская хитрость.

Вера. Нет... нет - я вам скажу также, что я люблю вас.

Алекс. Меня одного?

Вера. Одного, клянусь небом! - Я могла заблуждаться - но теперь чувствую, что сердце мое никогда не изменялось,

(Александр вздыхает)

однако несмотря на это мы должны расстаться навсегда... мне трудно так же, как и вам, об этом думать - но теперь мы будем благоразумнее, чем в минуту первой разлуки нашей - я уж не могу быть счастлива - но спокойствие для меня еще возможно - оставьте мне хоть это!..

Алекс. У меня и этого не останется.

Вера. Верьте мне, женщина благородная может на минуту забыть свой долг, но всегда приходит время, когда она чувствует, что должна возвратиться к нему - время это для меня настало - никакое искусство - никакие угрозы не поколеблют моей твердости. Юрий! - дайте мне руку, обещайте как другу, как женщине, которой постоянною мыслью были вы; обещайте никогда не покушаться оторвать какую бы то ни было женщину от ее обязанностей - это ужасно, Юрий! это иногда хуже убийства.

Алекс. О молю, один прощальный поцелуй.

Вера. Нет, расстанемся друзьями - зачем такое испытание!

Алекс. Я буду покорен во всем - только один поцелуй - ты непременно должна - непременно - один - только один - и потом пусть между нами обрушится вечность.

(Увлекает и целует ее - луч месячный упадает на его лицо, и она узнает... вскрикивает громко.)

Вера. О! опять он - опять!

Алекс. Я уж сказал тебе, опять и всегда - никто не займет моего места.

Вера. Это обман неслыханный, - пусти, пусти мне руку... Я к тебе чувствую отвращение!...

Александр. Знаю, знаю все - но ты не уйдешь отсюда - и ты подумала, что я не останусь верен своей клятве... да, я здесь - а твой страстный любовник теперь сидит крепко за двумя замками.... видишь эту дверь, за нею еще дверь... они обе заперты... он должен сломать замки... может-быть это ему и удастся... но тогда он увидит тебя в моих объятиях...

Вера. Боже мой! боже мой! я должна была знать, что он на все способен!

Алекс. Ха, ха, ха - разве ты этого прежде не знала! разве год тому назад, когда ты в упоении страсти лежала в моих объятиях, когда твои поцелуи горели на губах моих, разве тогда еще я не предварял тебя? - Разве я не говорил: Вера, ты любишь человека ужасного, который не имеет ничего святого, кроме тебя, и то пока он любим, человека с душой испорченной, который не боится ничего, потому что ничем не дорожит, - разве я не говорил: берегись, ты будешь раскаиваться... но ты не верила, ты улыбалась, ты думала, что я шучу - мне шутить в такие минуты! - ты думала, что я все это говорил, чтоб показаться интересным, удивить тебя, что я, следуя моде, фанфарон порока и эгоисма, ты даже хотела меня уверить, что я почти ангел доброты... потому что тогда кровь волновалась в твоих жилах, тебе нужны были ласки, чьи-нибудь ласки, чья-нибудь нежность, покуда, на время, до появления другого достойнейшего... не дрожи, не поднимай глаза к небу... наказание упало тебе оттуда... ты не мученица добродетели, не жертва страсти и обмана... ты просто слабая, ветреная, непостоянная женщина... ты вздумала по прихоти своей располагать судьбою трех человек, одному назначила покорность, другому вздохи и признания, третьему, самому послушному, ты назначила мучения ревности, пытки презрения, муки любви отверженной, обманутой - и этот последний теперь мстит за себя....

Вера (упадая на колени). Не подходи, не подходи...

Алекс. (подымая ее за руку). Встаньте, не унижайтесь, княгиня - до такой степени... после вашей надменности, это уж слишком смешно.. На коленях, и перед кем? Одумайтесь - что это! страх! чего же вы боитесь? времена кинжалов прошли - разве я вам угрожаю?

Вера (почти без чувств). Я не переживу этого.

Алекс. Через два года, Вера, назначаю тебе свидание где-нибудь на бале, на лице твоем будет играть улыбка, в волосах будут блистать жемчуг и бриллианты, а в сердце твоем будет пусто и светло...

(Слышен стук отломанного замка.)

Вера. Это Юрий - он идет сюда.

Алекс. Наконец! -

(Вера хочет убежать.)

Постой!... мне пришла мысль, - зачем оставлять дело незаконченным - я хочу, чтоб он нашел тебя в моих объятиях, чтоб он насладился приятной картиной - это было бы божественно, как ты думаешь!.. (Обнимает ее.)

Вера. Мне все равно - делай, что хочешь - у меня нет сил противиться.

Алекс. Слышишь - вот его шаги... последний замок сейчас разлетится... бешенство удвоивает его силы.

(Молчание.)

Нет, я вижу - это уж слишком много для тебя - обморок? - пустое. Я хочу, чтоб ты с ним говорила - останься здесь - скажи ему, что ты его не любишь - не любишь нисколько... я отойду в сторону... слышишь ли, отвергни его ласки так же холодно, как мои - иначе я стану между вами, и тогда горе вам обоим.

(Отходит и прячется - дверь с треском отворилась, и входит Юрий.)

Юрий. А! меня заперли - это не даром - это с умыслом сделано - но кто же? брат? - зачем ему... о, если я опоздал... Вера!.. ничего не слышно... чу! шорох платья... она здесь - здесь, Вера! (подходит и видит) - о, как я счастлив (берет ее за руку) - Вера, княгиня - простите меня.

Вера (слабо). Вас... я прощаю...

Юрий. Это был миг сумасшествия... но я хотел вас видеть перед тем, чтоб расстаться снова - и может-быть навсегда - я хотел... о, я сам не знаю чего... да, только вас видеть, только... я надеялся, я полагал - что вы не можете любить вашего мужа, потому что он не стоит вас... я хотел найти вам в уме своем извинение... я даже... мечтал, что вы меня еще любите.

Вера. Вы совершенно ошиблись.

Юрий. Однако вы здесь, - вы не хотели огорчить меня - вы здесь - ваша рука горит в руке моей - женщина не любя не сделает этой жертвы...

Вера. Вы правы, я пожертвовала собой из любви - но не к вам.

Юрий. Вы хотели спасти мужа.

Вера. Да...

Юрий (обидясь). Если так, то прошу от меня его поздравить.

Вера (после молчания). Забудьте меня.

Юрий. Я не ожидал такого приветствия.

Вера. Чего же вы ожидали?

Юрий. В вас нет и тени той женщины, которая некогда любила меня так нежно, которой обязан я лучшими минутами в жизни... отчего ж бы, кажется, им не воскреснуть - зачем дарить сокровище тому, кто ему не знает цены, - а я, я так долго живший одной надеждой, обладать им - я брошен в сторону - со мной поступают как с игрушкой, то кидают огненный взор, - то ледяное слово...

Вера. Лучше бы вы старались не понять ни того, ни другого.

Юрий. Боже! как вы переменились - бывало вам стоило подумать, и я уж знал эту мысль - пожелать - и я невольно желал того же - бывало нам почти не нужно было слов для разговора... Теперь, признаюсь, теперь я вас не понимаю.

Вера. О! слава богу.

Юрий. Слава богу... ужель вы хитростью хотели избавиться от моей любви - обманом испугать меня - этому не бывать... вы теперь в моей власти... я не упущу этого случая... теперь или никогда - вы моя, вы будете моею.... судьба этого хочет...

Вера. Юрий, Юрий! - одна минута восторга и веки раскаяния.

Юрий. Я не буду раскаиваться.

Вера. А я?

Юрий. Вы меня любите.

Вера. Я слабая женщина... я имею обязанности... я знаю, что такое раскаянье.

Юрий. Ты об нем забудешь в моих объятиях.

Вера. Пощадите...

Юрий. Не доводи меня до крайности... я за себя не ручаюсь.

Вера. Шорох... нас подслушивают.... здесь кто-то есть...

Юрий. Шорох... кто же смеет... (осматривается).

Вера (убегает). Прощай, Юрий... прощай.

Юрий (бежит за нею). Нет, я вас не пущу... Невозможно... я не хочу так расстаться.

(В двери хватает ее за руку и упадает на колени; Александр является.)

Вера (указывая пальцем на Александра.) Уйдите - уйдите! это он... опять он!.. (Убегает.)

Юрий (оборачивается). А! - что такое!...

Алекс. Свидетель твоих глупостей!...

Юрий. Этого свидетеля можно достойно наградить за труды.

Алекс. Его награждение.... здесь. (Указывает на сердце.)

Юрий. Брат... с этой минуты - я разрываю узы родства и дружбы - ты мне сделал зло - невозвратимое зло - и я отомщу!..

Алекс. (холодно). Каким образом?

Юрий. Ты мне заплотишь.

Алекс. (улыбаясь). С удовольствием - только чем!

Юрий (в бешенстве). Ценою крови...

Алекс. В наших жилах течет одна кровь.

Юрий. Подслушивать - так коварно отравлять чужое счастие... знаешь ли, что это дело подлецов....

Алекс. А обольщать жену другого.....

Юрий. Она меня любит.

Алекс. Неправда... разве это видно из ее поступков..

Юрий. Я знаю, что она меня любит... любила меня одного....

Алекс. А я знаю кое-что другое.

Юрий. Что ты знаешь? Говори, сейчас говори!..

Алекс. Я знаю, что в твоем отсутствии она имела любовника.

Юрий. Клевета - низкая клевета.

Александр. Я тебе покажу письма...

Юрий. Кто же он... назови его мне...

Александр (подумав). Изволь, я тебе его назову.

Юрий. Сейчас - сию минуту.

Алекс. Завтра... когда она уедет. (Уходит).

Юрий (задумчиво). Что если он говорит правду!..

Конец 4 акта

Произведения:

Прочее:

Если Вы заметили опечатку в материалах сайта или же какую-то неточность, убедительно просим сообщить об этом по адресу: